Научный журнал
Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований

ISSN 1996-3955
ИФ РИНЦ = 0,570

ЭМОЦИОНАЛЬНО-ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА У ШКОЛЬНИКОВ ЮЖНЫХ РЕГИОНОВ СИБИРИ С СИНКОПАЛЬНЫМИ СОСТОЯНИЯМИ

Эверт Л.С. 1 Реушева С.В. 2 Паничева Е.С. 3 Зайцева О.И. 1 Гришкевич Н.Ю. 3 Бахшиева С.А. 3 Боброва Е.И. 1
1 ФГБУ «Научно-исследовательский институт медицинских проблем Севера» СО РАМН
2 КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница № 20 им. И.С. Берзона»
3 ГБОУ ВПО «Красноярский государственный медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого» МЗ РФ
Проведен анализ взаимосвязи эмоционально-поведенческих расстройств и синкопальных состояний у 2153 школьников южных регионов Сибири (мальчиков и девочек). Основную группу составили дети с синкопальными состояниями, группу сравнения – дети без эпизодов синкопе в анамнезе. Синкопальные состояния имели 16,0 % обследованных, синкопе чаще регистрировались в старшей возрастной группе (12-17 лет), чем в младшей (7-11 лет) и в 2 раза чаще у девочек (10,6 %) в сравнении с мальчиками (5,4 %). Детей с пограничными оценками шкалы гиперактивности/дефицита внимания оказалось больше (14,4 и 8,3 %, р=0,0015) в группе с синкопальными состояниями. Школьники с эпизодами синкопе отличались большим количеством лиц с пограничными (5,9 и 3,7 %, р=0,0871) и отклоняющимися (11,4 и 4,8 %, р<0,0001) оценками шкалы эмоциональных симптомов, среди них было больше детей со значительными отклонениями в поведении (8,5 и 5,5 %, р=0,0539) и больше доля лиц, имеющих проблемы во взаимоотношениях с другими детьми (р=0,0235).
дети
синкопальные состояния
эмоционально-поведенческие нарушения
1. Вариации психовегетативного статуса и адаптационные возможности школьников, проживающих в различных регионах Сибири / О.И. Зайцева [et al.] // Вестн. новых мед. технол. 2012. № 2. С. 139-141.
2. Лыткин В.А., Эверт Л.С., Прахин Е.И. Качество жизни детей и подростков с вазовагальными синкопе: матер. Всеросс. конгр. с международ. участием «Психосоциальные факторы и внутренние болезни: состояние и перспективы» (Новосибирск, 12-13 мая 2011 г.). // Сиб. мед. журн. (Томск), 2011 (Приложение 1). Т. 26. С. 154-155.
3. Погодина А.В., Долгих В.В., Валявская О.В. Цереброваскулярные аспекты патогенеза нейрокардиогенных синкопальных состояний. Вестник аритмологии. 2008. № 54. С. 42-48.
4. Показатели психоэмоционального статуса в оценке адаптации детей северян к новым климатогеографическим условиям проживания / Л.С. Эверт [et al.] // Вестн. новых мед. технол. 2013. № 2. С. 64-69.
5. Прогнозирование типа адаптации детей в условиях интенсификации учебного процесса / М.В. Макарова [et al.] // Сиб. мед. журн. (Иркутск). 2012 . Т. 109 (2). С. 46-48.
6. Семенова Н.Б., Мартынова Т.Ф. Возможности использования теста Р. Гудмана для оценки психического здоровья детей и подростков республики Саха (Якутия) // Якут. мед. журн. 2012. № 2 (38). С. 67-69.
7. Факторы, провоцирующие развитие первичной головной боли у детей / Л.В. Васильева [et al.] // Сиб. мед. журн. (Иркутск). 2011. № 8. С. 19-20.
8. Эверт Л.С., Макарова М.В., Маслова М.Ю. Вариабельность сердечного ритма у младших школьников с различным уровнем адаптации к высоким учебным нагрузкам // Сиб. мед. обозрен. 2009. № 4 (58). С. 32-35.
9. Goodman R. Psychometric properties of the Strengths and DifEculties Questionnaire (SDQ) // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. 2001. V. 40. P. 1337-1345.
10. Rutter M. Commentary: causal process leading to antisocial behavior // Dev. Psychol. 2003. Vol. 39. № 2. P. 372-378.

Психическое здоровье, по определению ВОЗ (1979 г.), – это определенный резерв сил человека, благодаря которому он может преодолевать неожиданные стрессы или затруднения, возникающие в исключительных обстоятельствах [6]. В экстремальных условиях, превышающих индивидуальные физиологические возможности адаптации человека могут возникать обморочные (синкопальные) состояния. Синкопальное состояние – это кратковременная потеря сознания и постурального тонуса с последующим полным их восстановлением, наступающая в результате транзиторной и диффузной мозговой гипоперфузии (ЕSC, 2009). Обмороки широко распространены в человеческой популяции, около 30-40 % людей имели хотя бы один эпизод синкопе на протяжении жизни. Многими исследователями отмечается высокая распространенность обмороков среди детей и подростков. Наличие синкопальных состояний, особенно возникающих неоднократно, существенно осложняет жизнь больного, влияя на ее качество и вызывая оправданную тревогу, как у самого пациента, так и у его близких [2, 3].

Высокая чувствительность детского организма к влиянию внешнесредовых факторов, резкое увеличение стрессовых воздействий на детей школьного возраста с одновременным снижением их адаптационных возможностей, изменяющаяся система общего среднего образования приводят к широкому распространению и постоянному росту нарушений поведения в детском возрасте, что в дальнейшем может привести к серьезным последствиям во взрослой жизни: трудностям социальной адаптации, асоциальному поведению и преступности, склонности к алкоголизации [1, 4, 5, 7, 8, 10]. В связи с этим изучение особенностей нарушений эмоционально-поведенческих расстройств у школьников с синкопальными состояниями является чрезвычайно важной и актуальной проблемой в настоящее время, так как поможет выявить не только сами расстройства у данной категории детей, но и своевременно скорректировать их поведение и взаимоотношения с другими людьми, чтобы в будущем у них не возникло трудностей социальной адаптации и дезориентации личности.

Целью настоящего исследования было изучение особенностей эмоционально-поведенческих расстройств у школьников с синкопальными состояниями, проживающих в южных регионах Сибири.

Материалы и методы исследования

Объектом исследования были дети школьного возраста (7-17 лет), проживающие в южных регионах Сибири (Красноярский край, Республика Хакасия). Всего обследовано 2153 школьника. Сбор необходимой информации осуществлялся методом анкетирования. Наличие и структура эмоционально-поведенческих расстройств оценивались с помощью русской версии стандартизованного скринингового опросника Р. Гудмана «Сильные стороны и трудности» (ССТ) [9]. Программа исследования включала проведение двух этапов: изучение частоты встречаемости и возрастно-половой структуры синкопальных состояний у обследованных школьников, на втором этапе проанализирована частота и структура эмоционально-поведенческих нарушений у детей, страдающих синкопе в сравнении с группой без эпизодов синкопе. Основную группу составили 344 школьника с синкопальными состояниями, группу сравнения – 1809 детей аналогичного возраста без эпизодов синкопе в анамнезе. Анкетный опрос проводился после получения письменного информированного согласия на участие в исследовании родителей детей младше 15 лет или самих школьников старше 15 лет.

Статистическая обработка проведена на персональном компьютере с применением ППП «Statistica 5.5 for Windows». Для сравнения частот бинарного признака в двух не связанных группах использовали критерий χ2 Пирсона. Значимыми считали различия при р < 0,05.

Результаты исследования и их обсуждение

С целью изучения частоты встречаемости синкопальных состояний в популяции сибирских школьников проведено анкетирование 2153 детей школьного возраста, из них 1024 мальчиков и 1066 девочек. Синкопальные состояния в анамнезе имели место у 344 из 2153 обследованных, что составило 16,0 %. Синкопе чаще регистрировались в старшей возрастной группе (12-17 лет), чем в младшей (7-11 лет) и в 2 раза чаще у девочек (10,6 %) в сравнении с мальчиками (5,4 %).

Важным этапом наших исследований было изучение ассоциации синкопальных состояний с наличием у детей нарушений в эмоционально-поведенческом статусе. Нарушения поведения представляют почти 50 % всех клинически выраженных психических расстройств, впервые появляются в детстве и характеризуются недостаточным контролем поведения, вспышками гнева, неповиновением, агрессией, а также ложью, воровством, злоупотреблением наркотиками. Расстройства поведения являются причиной нарушения адаптации ребенка к школе, ухудшения его способности к обучению. Эмоционально-поведенческие расстройства у детей из семей социального риска (дисфункциональные семьи с внутрисемейным стрессом) характеризуются высоким уровнем психомоторного беспокойства с повышенной поведенческой активностью, ситуационной тревожностью, часто встречающимися психосоматическими расстройствами [6].

Особенно неблагоприятный прогноз для дальнейшей социальной адаптации имеют сочетанные формы нарушений: сочетание нарушений поведения с эмоциональными расстройствами. Cочетанные формы патологии в детском возрасте являются высоким фактором риска суицидального, асоциального поведения, преступности, алкогольной и наркотической зависимости во взрослой жизни. Известно, что нарушения поведения у мальчиков и склонность к асоциальному поведению во взрослой жизни у мужчин встречаются в 4-7 раз чаще, чем у женщин. У девочек большинство нарушений имеют наследственную предрасположенность, а у мальчиков, кроме наследственности, большое значение имеют ранние мозговые повреждения. За последние 20-25 лет психиатрами отмечен рост нарушений поведения у детей и подростков, который наблюдается как среди юношей, так и среди девушек всех социальных слоев и затрагивает все типы семей. Подобная ситуация отмечается и в России.

Причины возникновения нарушений поведения у детей весьма разнообразны и включают в себя как причины биологического характера, так и влияние экзогенных факторов, в том числе особенностей семейного воспитания. Многочисленными исследованиями зарубежных авторов, включающих близнецовые и семейные исследования, доказано, что нарушения поведения у детей в значительной степени обусловлены генетическими факторами [6]. Среди внешних факторов, влияющих на появление патологии в детском возрасте, рассматривается и роль стресса как пускового механизма заболевания. При проведении ряда исследований, было показано, что в большей степени влияние психотравмирующей ситуации сказывается на возникновении эмоциональных расстройств у детей. В основе влияния стрессовых факторов на появление тревожно-депрессивных расстройств, лежит наследственная предрасположенность индивидуальной чувствительности личности к факторам среды [6].

Вопрос о причинах нарушений поведения у детей в настоящее время является наиболее спорным. Нарушения поведения у детей имеют мультифакторное происхождение, включая наследственность, воздействие неблагоприятных факторов перинатального периода и факторов близкого семейного окружения. Безусловно, что среди всех факторов, приводящих к нарушениям поведения у детей, ведущая роль принадлежит наследственности. Но на фоне генетического риска возрастает роль неблагоприятного влияния других факторов, что значительно увеличивает частоту как отклоняющегося поведения, так и СДВГ [6].

Опросник Р. Гудмана охватывает основные признаки эмоциональных и поведенческих нарушений, которые отмечаются у ребенка за последние шесть месяцев. Оценки в баллах распределяются по пяти шкалам: эмоциональные симптомы, проблемы с поведением, гиперактивность/невнимательность, проблемы со сверстниками и просоциальное поведение. Сумма первых четырех шкал составляет общую оценку проблем. В соответствии с критериями оценки каждой из шкал опросника проводится деление обследованных на лиц, имеющих нормальные, пограничные и отклоняющиеся оценки.

Просоциальное поведение определяют как действия с намерением помочь другим, не рассчитывая на вознаграждение. Эти действия и поступки, включающие сочувствие, помощь, участие, сотрудничество, спасение, протекцию и физическую защиту, в основном подходят под определение альтруизма – бескорыстной заботе о благе других. Часто просоциальное поведение заставляет человека чем-то пожертвовать, предполагает определенные расходы или даже риск для субъекта. Однако эти действия – не просто набор социальных навыков. Достигнув полного развития, такое поведение сопровождается чувствами дружбы, заботы и теплоты, в том числе сопереживания чувствам других. Например, если ребенок видит печального человека и сам начинает печалиться, он сопереживает ему (испытывает эмпатию к нему).

В нашем исследовании при анализе просоциальной шкалы опросника Р. Гудмана было установлено, что подавляющее большинство (81,0 %) обследованных школьников не имело каких-либо отклонений просоциального поведения, у 10,1 % диагностированы пограничные нарушения, а 8,9 % детей имели отклоняющиеся оценки данной шкалы, что свидетельствовало о наличии у них социально-психологической дезадаптации. Число детей с пограничными и отклоняющимися оценками просоциальной шкалы в группах с синкопальными состояниями и без эпизодов синкопе в анамнезе было сопоставимым и составляло соответственно 8,9 и 10,3 % – для пограничных оценок и 8,9 и 8,9 % – для отклоняющихся (р >0,05).

Синдром гиперактивности – одно из самых распространенных психоневрологических расстройств. Оно проявляется нарушениями поведения и трудностями при обучении в дошкольном и школьном возрасте у 3-7 % детей, начиная с 3-4-летнего возраста. Дети дошкольного возраста отличаются от других детей высокой двигательной активностью и импульсивностью: они постоянно бегают, прыгают, скачут, лезут в неположенные места, часто подвергая опасности себя и окружающих. Такие дети непослушные и трудноуправляемые, у них имеется выраженное нарушение внимания, поэтому им приходится по нескольку раз объяснять, чтобы добиться понимания и адекватной реакции. Оказавшись в условиях школы, ребенок с гиперреактивностью по-прежнему испытывает сложности с дисциплиной: на занятиях крутится, пристает к другим ученикам, балуется, разговаривает, смеется. Несмотря на запрет и замечания учителя, может ходить по классу и выбегать в коридор. Невнимательность и непослушание мешают ребенку сосредоточиться на обучении, ему сложнее усваивать учебный материал, поэтому часто возникают ошибки при письме и чтении, а также трудности с самостоятельным выполнением заданий. Поведение детей отличается провокационным характером: они дразнятся, паясничают, говорят обидные слова. Игры таких детей часто носят агрессивный и разрушительный характер. Дети с гиперреактивностью чаще нарушают дисциплину, ругаются и дерутся с другими детьми.

Сравнительный анализ шкалы гиперактивности (ГА) выявил отсутствие данных нарушений у 85,6 % обследованных школьников, доля детей с пограничными оценками шкалы ГА составила 9,2 %, а число детей с отклоняющимися оценками шкалы было равно 5,1 %. Школьников, не имевших отклонений по шкале ГА, было больше в группе без синкопе (86,5 и 80,8 %, р=0,0143), а детей с пограничными оценками оказалось больше (14,4 и 8,3 %, р=0,0015) в группе с синкопальными состояниями. Отклоняющихся оценок было одинаковое количество в обеих сравниваемых группах (4,8 и 5,2 %, р=0,7793).

По шкале эмоциональных симптомов нами выявлено наличие нарушений эмоционального статуса у 9,8 % обследованных школьников, из них пограничные отклонения имели место у 4,0 % детей и отклоняющиеся оценки данной шкалы были у 5,8 % детей. Подавляющее большинство (90,2 %) обследованных школьников не имело отклонений эмоционального статуса, причем доля таких детей была больше в группе без синкопальных состояний (91,5 %) и меньше – среди детей с эпизодами синкопе в анамнезе (82,7 %, р<0,0001). Школьники с синкопальными состояниями отличались большим количеством лиц с пограничными (5,9 и 3,7 %, р=0,0871) и отклоняющимися (11,4 и 4,8 %, р<0,0001). оценками шкалы эмоциональных симптомов в сравнении с детьми, не страдающими синкопе.

Психические расстройства у части обследованных нами школьников проявлялись симптомами проблем поведения, что подтверждалось наличием пограничных (8,7 %) и отклоняющихся (5,9 %) оценок шкалы с аналогичным названием. Большая же часть детей не имели отклонений психического статуса в поведенческой сфере (85,4 %). Симптомы нарушенного поведения в 2,3 раза чаще регистрировались у мальчиков, чем у девочек. У 42,7 % школьников выявленные нервно-психические нарушения были представлены каким-либо одним видом патологии, у 57,3 % отмечались сочетанные формы нарушений. Из коморбидных нарушений наиболее часто встречались сочетания эмоциональных расстройств с расстройствами поведения (68,4 %). Значительные нарушения поведения, подтверждаемые наличием отклоняющихся оценок шкалы проблем с поведением, чаще имели школьники с синкопальными состояниями – 8,5 % против 5,5 % у детей без синкопе (р=0,0539). Несколько чаще имели дети с синкопе и пограничные характеристики анализируемой шкалы, хотя имеющиеся отличия не достигали уровня статистической значимости (9,6 и 8,5 %, р=0,5518).

Группа обследованных, имеющих в анамнезе эпизоды синкопальных состояний, отличалась большим числом учащихся, менее всего адаптированных к детскому коллективу. У 42,1 % среди детей с синкопе и у 34,9 % – без синкопе имелись проблемы во взаимоотношениях с другими детьми (р=0,0235). Эмоциональные симптомы, нарушение которых укладывалось в критерии отклоняющихся оценок шкалы проблем со сверстниками, имели место у 15,1 % детей с синкопальными состояниями и у 11,6 % – без таковых (р=0,0996).

Большинство (80,0 %) детей отметили, что имеющиеся трудности расстраивают или огорчают их, препятствуют дружеским отношениям, учебе в школе или мешают в домашней жизни. Пограничные оценки шкалы общего числа проблем имелись у 12,5 % обследованных, а отклоняющиеся оценки – у 7,5 %. Школьники с эпизодами синкопе по данным анамнеза характеризовались меньшим количеством обследованных, не имеющих эмоционально-поведенческих проблем, в сравнении с группой детей, страдающих синкопальными состояниями – соответственно 69,0 и 81,9 % (р<0,0001). Нарушения адаптации в виде наличия пограничных (18,8 %) и отклоняющихся (12,2 %) оценок шкалы общего числа проблем чаще имели учащиеся с синкопе в анамнезе, аналогичные показатели детей без синкопальных состояний были равны 11,5 % (р=0,0007) и 6,6 % (р=0,0013).

Таким образом, общая частота встречаемости cинкопальных состояний у детей школьного возраста, проживающих в южных регионах Сибири (Красноярский край, Республика Хакасия) составляет 16,0 % от числа всех обследованных, синкопе чаще регистрировались в старшей возрастной группе (12-17 лет), чем в младшей (7-11 лет) и в 2 раза чаще у девочек (10,6 %), чем у мальчиков (5,4 %). Детей с пограничными оценками шкалы гиперактивности/дефицита внимания больше (14,4 и 8,3 %, р=0,0015) в группе с синкопальными состояниями. Школьники с эпизодами синкопе в анамнезе отличались большим количеством лиц с пограничными (5,9 и 3,7 %, р=0,0871) и отклоняющимися (11,4 и 4,8 %, р<0,0001) оценками шкалы эмоциональных симптомов. Наличие синкопальных состояний у школьников ассоциируется с большим числом лиц, имеющих значительные отклонения в поведении (8,5 и 5,5 %, р=0,0539) и большей долей лиц, имеющих проблемы во взаимоотношениях с другими детьми (р=0,0235).


Библиографическая ссылка

Эверт Л.С., Реушева С.В., Паничева Е.С., Зайцева О.И., Гришкевич Н.Ю., Бахшиева С.А., Боброва Е.И. ЭМОЦИОНАЛЬНО-ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА У ШКОЛЬНИКОВ ЮЖНЫХ РЕГИОНОВ СИБИРИ С СИНКОПАЛЬНЫМИ СОСТОЯНИЯМИ // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. – 2014. – № 9-2. – С. 140-144;
URL: http://applied-research.ru/ru/article/view?id=5850 (дата обращения: 14.11.2019).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074