Русский военно-морской флот – один из самых крупных флотов на нашей планете. Русские боевые корабли, подводные лодки наводят страх не на одну армию стран мира. Могущество и сила нашего флота неоспоримы. Морские боевые машины способны бдительно охранять государственные рубежи от вражеских сил и международного терроризма.
В представляемой статье перед нами стояла задача: проследить историю военно-морского флота России, его зарождение.
Россия – страна, омываемая множеством морей, и создание военного флота являлось жизненной необходимостью. Без военного флота Россия не могла рассчитывать на уважение других стран. Именно осознание этой необходимости занять ведущее место или одно из ведущих мест в мире и привело Петра I сначала к созданию первого боевого флота России, называемого впоследствии «Потешной флотилией Петра I», а потом и полноценной государственной военной единице.
При работе над статьей использовались источники по истории России и источники сети Интернет.
Переславль-Залесский - древний русский город, один из туристических центров Золотого Кольца России. Находится в ста сорока километрах на северо-восток от Москвы.
Переславль и его окрестности славятся своей историей, архитектурными памятниками и необыкновенно красивой природой.
С древнейших времен большую роль в истории Переславского края играло Плещеево озеро. Жемчужина России – один из самых больших и глубоководных водоемов европейской равнины, оно издавна было собственностью московских государей. Озеро Плещеево считается вторым по величине озером Ярославского Поволжья после ростовского озера Неро. Озеро необыкновенно живописно благодаря своим холмистым берегам.
Именно благодаря озеру Плещеево, Переславль - один из городов, которые считают себя «родиной российского флота». В принципе, удивляться тут особенно нечему - у такого большого флота должно быть несколько «настоящих» родин: Архангельск, Воронеж, Переславль.
Первым кораблям на Плещеевом озере предшествовали «потешные» войска Петра I. Он создал их, будучи еще тринадцатилетним подростком, в 1685 году в селах Воробьеве и Преображенском. Интерес юного государя к военному делу рос, и 1686 году он завел при своей «потешной» армии артиллерию.
Впервые посетив в 1688 году Переславль, юный Петр был очарован красотою и размерами Плещеева озера. Впоследствии он писал в предисловии к «Морскому уставу»: «А охота стала от часу быть более, того для стал я проведовать, где более воды, мне объявили Переславское озеро, яко наибольшее, куды я под образом обещания в Троицкий монастырь у матери выпросился, а потом уже стал ее просить и явно, чтобы там двор и суды сделать».
Сохранился народный рассказ крестьянки села Веськово Устиньи Ароновой, видевшей Петра в его приезд в Переславль летом 1688 года.
«Тот, кто ехал впереди, остановился недалеко от меня и стал пристально смотреть на озеро, - рассказывает она. - Долго он смотрел, и я досыта насмотрелась на него. Он был велик ростом и статен в одежде, похожей на охотничью. Из-под шляпы с навесом видны были кудри русых волос. Лицо у него было несколько смугловатое, глаза карие, большие, ус только пробивался. На бедре его висел меч, за поясом торчал охотничий нож, при нем был небольшой огнестрел».
Местная легенда уверяет, что он поселился в настоятельских комнатах Никитского монастыря, где самая большая комната второго этажа, выходящая на озеро и город, до сих пор носит имя Петровской. Никитский монастырь стоит на берегу озера. Нет ничего невероятного в том, что Петр остановился там, тем более что построенная еще во времена Грозного трапезная палата с настоятельскими комнатами была лучшим зданием Переславля. Петр приехал не один, привез сюда иноземцев, корабельных мастеров, которые жили тут, не меняя образа жизни, принятого в немецкой слободе, смущая монахов.
Но проживание в Никитском монастыре, стоящем на горе довольно далеко от озера, устраивало Петра, пока он увлекался только катанием по озеру, к постройке судов не приступал и по-настоящему не огляделся в Переславле. Ему не столько важны были удобства, сколько близость к озеру, и к устью Трубежа, где причален московский бот и где вскоре началось строительство судов. Позже Петр переехал в здание Горицкого монастыря, а его иностранные мастера-корабельщики жили на так называемом «птичьем дворе» Горицкого монастыря за оградой. Впоследствии они поселились в специально построенных домах на горе близ села Веськово. Из них главным был Карштен Брант, кроме него прибыли Корт, позднее Класс или Никлассон.
Подготовка к постройке кораблей началась в июле 1688 года под руководством Карштена Бранта. Но главные работы по сооружению больших судов, делавшихся по типу морских, происходили зимой 1688-1689 годах ускоренными темпами, и ко времени вскрытия озера, к апрелю 1689 года, «суды все, кроме большого корабля в отделке…» « и удались все зело хороши» – писал Петр матушке.
Самое главное, Петр не просто увлекался катанием по озеру или терпеливо ждал, когда иностранцы сработают ему суда, но и сам «пребывал в работе», первый раз в жизни взялся за топор и начал проходить науку кораблестроения, законченную им в Голландии и Англии. Корабельным потником он стал в Переславле. Петр так увлекся своими судами, которые частью уже были спущены на озеро и бороздили его волны, что, исполняя требование царицы-матери извещать ее как можно чаще, едва находил для этого время. Писал кратко, на клочках, спешкой. Мысль его постоянно витала около сооружаемых им судов.
Но вскоре роковая борьба с Софьей, достигшая к этому времени высшей точки своего развития, стрелецкий мятеж отрывают Петра от любимого занятия, а затем, видимо, заставляют забыть его и прекратить судостроение на Переславском озере, где к этому времени были спущены на воду выстроенные Карштеном Брантом два небольших фрегата и три яхты. Уехав отсюда в июне 1689 года, Петр больше двух лет не был здесь.
Лишь в ноябре 1691 года он возвращается к «корабельной потехе». 3 ноября Петр царским указом приказал переславскому воеводе «для пришествия великого государя построить двор». Это обстоятельство указывает на твердое решение Петра, обосноваться здесь прочно, иметь собственное помещение, без помех приезжать в Переславль.
Вниз к озеру был прорыт канал, по которому малые корабли, построенные на судоверфи, спускались в озеро. Большие же суда строились непосредственно на берегу.
К этому времени почти неразлучным спутником царя становится Франц Лефорт, «человек забавный и роскошный или назвать дебошан французский», как характеризовал его один из современников. Очевидно, «обеды, суп и балы, к которым приучил он Петра в Москве, решено было теперь переносить время от времени на Переславское озеро. Но вместе с тем Лефорт, отличавшийся широким кругозором и разносторонними знаниями практического и теоритического характера, вернул Петра к возобновлению корабельных занятий на Переславском озере и вместе с потехой втянул его в серьезное дело.
Дворец был окончен постройкой поздней весной или даже летом.
За зиму 1692 года был построен корабль, отличающийся большими размерами, настоящее морское судно, вооруженное, по одним сведениям 24 пушками, а, по другим, 30 пушками тяжелого калибра. Скорее всего, его строил Класс. Также Петр распорядился перевезти сюда все суда с реки Москвы. Таким образом, здесь к вскрытию озера находилась целая флотилия.
К лету 1692 года на воду Переславского озера была спущена флотилия – около сотни кораблей, вооруженных артиллерией и укомплектованных экипажами. Переславский флот представлял собой организованную военную единицу. Адмиралом его был, по одним сведениям, Лефорт, а, по другим,- князь Ромодановский.
То был первый русский военный флот – предвестник будущего морского могущества России!
Первый флотский праздник состоялся 1 августа. Он начался церковной церемонией. Из двух приозерных церквей - Сорока мучеников и Введения, стоящих друг против друга на противоположных берегах устья реки Трубеж, совершился крестный ход на Переславское озеро. Недалеко от дворца, слева от него, в заключении церемонии потешные войска устроили небольшое возвышение, поставив тут свои пушки, сами выстроились в боевой порядок и только ждали первого движения нового флота, чтобы встретить его залпом оружий. Место, устроенное ими, с того времени называют «Гремяч», от грома пушек, как говорят жители села Веськова, из которых палили во время спуска флотилии в озеро. Празднество закончилось военными «экзерцициями» на воде и суше.
По окончании был устроен пир. По поводу, которого Гордон заметил, что на нем были они «веселы».
Через месяц Петр покинул Переславль и указал своим сотрудникам сообщать ему обо всем, касающемся флотилии.
И дальше шла постройка кораблей. Было построено еще много шлюп, лодок и галер. Точное число их не известно. Но в 1722 году находилось их на хранении 87. Им давали разные имена, чаще на иностранный манер: «Фортуна», самый большой 30-пушечный корабль флотилии - «Марс», яхта «Анна» (в честь Анны Монс, в которую в то время был влюблен Петр).
Таким образом, начало русского флота было отпраздновано на славу. В конце октября Петр отдал распоряжение построить еще два корабля. После чего серьезно заболел дизентерией и отбыл из Переславля. Он вернулся сюда лишь в феврале 1693 года и пробыл здесь до апреля.
По скрытию озера Петр снова прибыл сюда и убедился, что озеро мало и тесно для его замыслов. «Несколько лет,- писал он в предисловии к уставу морскому,- исполнял я свою охоту на озере Переславском, наконец; ездил на Кубенское озеро, оно было слишком мелко. Тогда я решил видеть прямо море, и стал просить позволения у матери съездить к Архангельску; многократно возбраняла она мне столь опасный путь, но, видя великое желание мое и неотменную охоту, нехотя согласилась».
Так началось настоящее дело. Петр перенес строительство кораблей сначала на Белое море, а потом на Балтийское. Историческая роль Плещеева озера закончилась.
Уезжая в Архангельск, Петр выменял село Веськово с деловым двором с судовой верфью, потешным двором на вотчину Большие соли в Костромской губернии.
Постепенно на Белом море началось судостроительство, из Переславля переводились мастера и плотники. Но в Переславле оставались 12 холмогорских, вологодских плотников, которые занимались починкой кораблей. В декабре 1693 года всего служащих было 28 человек.
Переславская флотилия в отношении её управления была присоединена к Беломорской флотилии и учитывалась как серьёзная сила.
К сожалению, это никак не повлияло на судьбу флотилии, а кораблям суждено было навеки остаться тут и погибнуть, за исключением одного, ботика «Фортуны». Основной причиной этого, была изолированность Плещеева озера от магистральных водных путей, обрекавшая флотилию на опасное бездействие. Оказавшись ненужной, она расценивалась на месте как отыгранная игрушка, к хранению которой подходили с формально-казёнными приёмами.
Тем не менее, нужно признать, что меры для её хранения принимались.
Впоследствии Петр побывал в Переславле лишь в 1711 году перед Прутским походом, о чем свидетельствует вклад, сделанный им в Федоровский монастырь 1 марта.
После чего Петр снова забыл о Переславле до 1722 года. О потешной флотилии ему напомнил Ништадский мирный договор, закончивший великую Северную войну.
И увидел он плачевное и неутешительное состояние своего детища. Разгневанный этим, он пишет грозный указ: «Воеводам Переславским. Надлежит вам беречь остатки кораблей, яхт и галеры, а буде опустите, то взыскано будет на вас и на потомках ваших, яко пренебрегших сей указ. Петр, в Переславле, в 7 день февраля 1722 года».
Это самое первое распоряжение об охране памятников исторического характера в России.
Переславские воеводы, испугавшись гнева царя, принялись за дело. Остатки кораблей были помещены под навес и огорожены забором.
Но сильнейший пожар 1783 года поставил окончательную точку в трагической судьбе петровской флотилии. Счастливая судьба выпала на долю бота, пророчески названного «Фортуна», который, по преданию, построил сам Петр I. Ему довелось уцелеть. После пожара сохранились остатки царского дворца, других кораблей, уникальные корабельные украшения.
В 1802 году Владимирский губернатор Иван Михайлович Долгоруков посетил место, где, по его словам, «сильный Петр учился мореплаванью и оставил городу в залог самим же им состроенный первый ботик в государстве нашем». Выполняя указ Петра, он принимает твердое решение построить здание для хранения бота.
1 августа 1803 года первый провинциальный музей России открывает свои двери. На его фронтоне золотом высечено: «Великому Петру усердный Переславль». С этого начал свою историю Музей «Ботик Петра I», который сохранил для потомков и истории судно, построенное Петром I, а значит и частичку той флотилии, которая стала колыбелью будущего Петровского детища!
Таким образом, можно сделать вывод, что благодаря Петру I, его активной жизненной позиции, инициативе и желанию познать неизведанное, мы на берегах сначала Плещеева озера, а затем на морских рубежах нашей страны получили могущественную силу, способную в любой момент дать отпор врагу. Поэтому гордость за нашу российскую армию должна всегда жить так же, как чудом уцелевший бот «Фортуна», который сейчас уже может характеризоваться вечным, как и наша сильная армия!
Библиографическая ссылка
Бакуменко А.И. РУССКОМУ ФЛОТУ БЫТЬ! // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. – 2016. – № 11-4. – С. 602-605;URL: https://applied-research.ru/ru/article/view?id=10593 (дата обращения: 17.08.2024).