Действительно, язык науки во все времена был и остается реальным отражением развития науки и показателем уровня мышления того или иного этноса. Сила и слабость любого языка проявляется при изложении научной мысли, и здесь выясняется, сможет ли национальный язык в зависимости от исторических условий и судьбоносных процессов соответствовать нуждам членов общества, точно выразить конкретные понятия науки и техники и развиваться наравне с обществом.
Сегодня, когда Таджикистан стал независимым государством, проблема языка науки в нашей стране стала особенно актуальной, так как национальная независимость, бесспорно, является важнейшим фактором создания национального государства и развития науки и техники на основе национального мышления.
Для безотлагательного и успешного решения этой проблемы, то есть становления языка науки, необходимо, прежде всего, всестороннее исследование истории формирования и развития персидско-таджикского языка и стиля научного изложения с самого начала, т.е. со времени написания первых научных сочинений на этом языке. Достижения и недостатки, сила и слабость, успех и неудачи языка науки должны получить всестороннее и многоаспектное исследование на основе этого наследия и последующих научных трудов, а также следует конкретно определить круг возможностей персидско-таджикского языка в передаче научной мысли.
Нет никаких сомнений, что процесс формирования персидско-таджикского языка науки, который берет свое начало из глубины веков, наиболее рельефно отражается в древнейших научных сочинениях на этом языке. Время создания некоторых из этих произведений, сохранившихся и дошедших до нас, приходится на вторую половину X века н.э. Однако, совершенство, изящество и красота языка науки этих произведений свидетельствуют о том, что до этого времени также были написаны или переведены научные труды на персидско-таджикском языке, которые к сожалению не сохранились до наших дней. Великий учёный Абу Райхон Бируни
(973-1048) в своей «Минералогии» упоминает научные труды на этом языке по астрономии и о трактате по драгоценным камням и минералам, написанных Насром б. Якубом Динавари Катиб [1: 33, 422, 499]. Безызвестный автор «Худуд ал-алем» («Границы мира») при написании своей книги упоминает существование «книг повествований» [2:17], а Майсари в поэтическом «Данишнаме» («Книга знаний») отмечает существование трактатов по медицине «медики имеют множество книг» [3:206].
Надо отметить, что стиль изложения древнейших научных сочинений на персидско-таджикском языке, таких как: Шумарнаме («Арифметика») Мухаммада Айюба Табари
(X в.), Хидайат ал-мутааллимин фи-т-тиб («Руководство для изучающих медицину») Ахмада Ахавайни Бухорои (X в.), Китаб ал-абнийа ан хакайик ал-адвийа («Книга основ об истинных свойствах лекарств») Муваффака Хирави (X в.), Данишнаме («Книга знаний») Майсари (трактат написан между 978-981 гг.), Худуд ал-алам мин ал-машрик ила-л-магриб («Границы мира от востока к западу») (автор неизвестен) (книга составлена в 982-983 гг.), Касыдаи ал-Хайсам («Философская касыда Абу-л-Хайсама») (X в.), Данишнаме Алайи («Книга знаний Алаи») (книга написана между 1021-1037 гг.) и Рагшенаси или Рисалаи набз («Сфигмология» или «Трактат по сфигмологии») Абуали ибн Сино (трактат составлен между 1021-1037 гг.), Китаб ал-тафхим ли авайил синоат ал-танджим («Книга вразумления начаткам науки о звёздах») Абу Райхона Бируни (книга составлена в 1029 г.), Раузат ал-мунаджджимин («Цветник астрономов») Шахмардана б. Абу-л-Хейра (трактат составлен в 1073-1074 гг.), Кейханшинахт («Космология») Каттана Марвази (трактат написан приблизительно в 1107 г.), Джаме ал-хикматайн («Соединяющий две философии») Носира Хусрава Кубадийани (книга составлена в 1070 г.) и др. дошедших до нас, весьма прост, доступен и до некоторой степени имеет определённое сходство. Однако, среди этих научных сочинений Китаб ал-тафхим Абу Райхона Бируни и Данишнаме Алайи Ибн Сино занимают особое место и отличаются языком изложения научной мысли, построением предложений, словосочетаний и терминосложением.
Общеизвестно, что язык науки в основном возникает на базе правил и норм литературного языка и не имеет свою особую грамматику. Этот язык отличается от литературного языка своей спецификой, заключающейся в краткости, лаконичности, точности, изящности, т.е. в языке науки смысловое значение передается кратко, точно, без каких-либо излишних красноречий и многословности.
Язык науки обладает особыми закономерностями и другими отличительными признаками, отсутствующими в литературном языке. В частности, язык науки, как язык для точного выражения научных понятий, в противоположность литературному, малоупотребителен, т.е. круг его употребления ограничен и используется непосредственно интересующимися им людьми.
С другой стороны, процесс присвоения наименования различным понятиям, который по сути считается основным средством обогащения и могущества языка, если в литературном языке является следствием наблюдения и восприятия, то в языке науки является продуктом научного опыта и мышления.
Словарный состав языка науки, наряду с общеупотребительными словами литературного языка, составляют также термины (совокупность слов и словосочетаний, обозначающих научные понятия) и номенклатура (совокупность слов и словосочетаний, выражающих географические, астрономические, ботанические, зоологические, минералогические… названия).
По нашему убеждению, процесс формирования персидско-таджикского языка науки в основном, охватывает три периода. При этом следует учесть, что само формирование языка науки в течение этих трёх периодов протекало по-разному. Эффективность этих процессов, особенно в первом периоде, зависела от таких корифеев мысли, как Абу Райхон Бируни, Абуали ибн Сино, Носир Хусрав, Насириддин Туси, Ахмад Дониш и др. Предлагаемая периодизация характеризуется следующим образом:
Первый период – период становления процессов формирования персидско-таджикского языка науки – берёт начало от появления первых научных трактатов на этом языке и продолжается до вовлечения персоязычного населения в новую мировую политику и начала знакомства с новыми научными процессами.
Зрелость, целенаправленность языка науки первого периода, которую мы наблюдаем в вышеперечисленных сочинениях, отчетливо показывает, что персидско-таджикский живой, творческий, устойчивый язык, опираясь на свой внутренний и иноязычный научный потенциал, уже в X в. нашей эры сумел стать самостоятельным языком науки и сохранил оптимальные возможности для конкретного выражения научных понятий по математике, астрономии, астрологии, географии, философии, медицине. Особенно язык персидско-таджикских медицинских трактатов, начиная с медицинского трактата начальной степени «Данишнаме» Майсари и заканчивая фундаментальной медицинской книгой высшей степени «Захирайи Хоразмшохи» (Хорезмшаховая сокровищница), имел единый конкретный стиль [4].
Второй период, так называемый Советский период является периодом застоя (стагнации) языка науки титульной нации в Таджикистане и включает десятилетия ознакомления или приобщения персоязычного населения Средней Азии с новыми науками и новыми научными терминами.
Однако в результате свершения Октябрьской революции и становления Советской власти стремительно развивались культурные и языковые контакты таджикского народа с русским народом и русскоязычным населением Советского Союза, что, в свою очередь, способствовало обогащению таджикского языка.
Необходимо отметить, что во времена Советского Союза научные исследования, за исключением гуманитарных наук, в основном осуществлялись на русском языке. Эта тенденция продолжается и по сей день. В связи с этим таджикский язык науки в определенной степени остановился в развитии и лишился способности развиваться дальше, в итоге не достигнув заметных результатов в сочинении научных трудов по точным наукам.
Третий период – период возврата к традиционным принципам формирования языка науки, начало которого приходится на вторую половину 80-х годов XX века с принятием Закона о языке (1989), учреждения Республиканского Комитета по терминологии при Академии наук РТ (12 сентября 1990) и главное, с провозглашением политической независимости страны (9 сентября 1991г.). Особенно с провозглашением независимости процесс по выбору и формированию системы терминов приобрел определенное обоснование и некоторую организованность, что в свою очередь способствует развитию языка науки.
Сегодня проблема заключается, в том, что Таджикистан в данный момент, то есть, в эпоху бурного развития науки и техники и новых технологий, в выборе языка науки находится на перекрестке двух дорог. Нам необходимо выбрать в качестве языка науки один из развитых мировых языков, в частности русский язык, в зоне влияния которого находимся мы, и его роль велика в деле представления нашей науки и культуры на мировой арене, или используя тысячелетний опыт нашего языка в сочинении научных трудов, поднять его до уровня языка науки.
На наш взгляд, второй путь, несмотря на существующие сложности, более приемлем, так как у истоков формирования персидско-таджикского языка науки стояли два корифея науки – Абу Райхон Бируни и Авиценна (Абуали ибн Сино), которые посредством сочинения таких фундаментальных трудов, как «Китаб ал-тафхим» и «Данишнаме Алайи» заложили основу языка науки. Большой приобретенный практический опыт этих двух известных ученых в деле создания языка науки сегодня освещает нам путь и в сложную эпоху так называемой глобализации, способствует укреплению и устойчивости нашего языка.
Библиографическая ссылка
Султонов М.Б. ПРОБЛЕМА ЯЗЫКА НАУКИ В ТАДЖИКИСТАНЕ // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. – 2014. – № 6. – С. 52-54;URL: https://applied-research.ru/ru/article/view?id=5171 (дата обращения: 17.08.2024).