В основе развития и прогрессирования хронической патологии на Севере лежит нарушение процессов адаптации к экстремальным факторам окружающей среды, прежде всего, к природным: климато-метеорологическим и гелиогеофизическим, необычной фотопериодичности, возникающее в результате северного экологически обусловленного стресса [5]. Важнейшим природным фактором, оказывающим влияние на организм человека на Севере, является необычный световой режим, связанный с наличием полярного дня и полярной ночи [2]. В процессах адаптации организма к факторам окружающей среды большое значение имеет временная организация физиологических функций, лежащая в основе формирования биологических ритмов организма [10] и соответствующая принадлежность организма к тому или иному хронотипу: утреннему или вечернему. Световой режим оказывает специфическое влияние на циркадианную систему организма, являясь ее внешним синхронизатором. Вместе с тем, в условиях высоких широт, в связи с наличием полярного дня и полярной ночи, свет является более слабым синхронизатором циркадианной системы, чем в средних широтах [1]. В связи с этим можно предполагать наличие различий в адаптивной устойчивости к северному стрессу у различающихся по хронотипам людей на Севере в отличие от средних широт.
Важнейшим компонентом северного стресса и риском развития артериальной гипертензии и сочетанной патологии на Севере является синдром психоэмоционального напряжения [7]. Учитывая рост экологически и социально обусловленного психоэмоционального стресса в последние годы, изучение стрессоустойчивости человека в зависимости от принадлежности к тому или иному хронотипу приобретает особенное значение.
Целью настоящего исследования явилось изучение устойчивости к климато-географически обусловленному психоэмоциональному стрессу на примере артериальной гипертензии, сочетанной с патологией гепатобилиарной системы, на Севере в зависимости от принадлежности человека к утреннему или вечернему хронотипу.
Материалы и методы исследования
Проведено комплексное клинико-лабораторное, психофизиологическое, инструментальное и биохимическое обследование жителей Севера (Норильск) – больных с артериальной гипертензией I-II стадий, сочетанной с патологией гепатобилиарной системы. Обследованные лица были в возрасте от 20 до 65 лет, со средним возрастом – 44,2±1,1 лет. Среди них было 33 (31 %) мужчин, 62 (69 %) женщин.
Обследование больных проведено на базе НИЛ полярной медицины СО РАМН, г. Норильск; в зимний сезон года. Обследование людей проведено с письменного информированного согласия на проведение обследования, соответствует этическим стандартам Хельсинкской декларации Всемирной ассоциации «Этические принципы проведения научных медицинских исследований с участием человека» (2000 г.) и с Правилами клинической практики в Российской Федерации, утвержденными Приказом Минздрава РФ №266 (2003 г.).
Диагностика артериальной гипертензии и патологии гепатобилиарной системы проводились совместно с лечащими врачами согласно МКБ-10. АГ относилась к 110-115 классам МКБ-10, а патология гепатобилиарной системы – к К76 (жировая дегенерация печени), К81 (холецистит), К82 (другие болезни желчного пузыря) и К83 (другие болезни желчевыводящих путей). Для верификации диагноза артериальной гипертензии и определения ее степени и стадии были использованы рекомендации экспертов Всемирной Организации Здравоохранения (1999) и Всероссийского научного общества кардиологов (2008; 2010; 2011).
Оценка степени коморбидности проводилась по общепринятому методу измерения коморбидности – системе CIRS – кумулятивной шкале рейтинга заболеваний (Cumulative Illness Rating Scale) (de Groot V. et al., 2003). Хронотип определялся по международной анкете Остберга (тест Остберга в модификации С.И. Степановой (1986). [4].
О выраженности психоэмоционального стресса и степени десинхроноза судили по совокупности психофизиологических тестов, включенных в компьютерную систему оценки дизадаптивных и патологических состояний «СКРИНМЕД» (№ гос. регистрации в РосНИИАПО – 970035). Проводили модифицированный 8-цветовой тест Люшера, корректурную пробу с применением таблицы Анфимова, анализ продолжительности и вариабельности латентных периодов простых сенсомоторных реакций; тест определения точности субъективного восприятия и воспроизведения временных интервалов (тест индивидуальной минуты).
Психофизиологическое обследование проводилось совместно с психологами кафедры психологии Сибирской академии государственной службы.
Уровень патологической метеочувствительности оценивали анкетным методом с применением специального опросника включенного в компьютерную систему «СКРИНМЕД».
Статистическую обработку данных проводили с использованием стандартного пакета статистических программ STATISTICA (StatSoft, США) версии 7.0. Количественные данные представлены в виде средних показателей (М) и стандартной ошибки среднего (m) при нормальном распределении показателей. Статистическую значимость различий определяли по парному t-критерию Стьюдента для независимых выборок, Когда распределение не отвечало критериям нормальности, использовали непараметрический критерий U-тест Манна-Уитни (в случае парных независимых совокупностей).
Корреляционный анализ проводился по методу Пирсона при нормальном распределении и непараметрического критерия Спирмена, когда нормальное распределение не наблюдалось. Пороговый уровень статистической значимости принимался при значении критерия р < 0,05.
Результаты исследования и их обсуждение
Для решения основной задачи исследования больные были разделены на две сопоставимые по возрасту и полу группы лиц в зависимости от принадлежности к определенному типу биоритмологической организации: утреннему («жаворонкам») (n=50) и вечернему («совам») (n=46) хронотипам.
Проведена оценка степени коморбидности артериальной гипертензии и патологии гепатобилиарной системы, а также оценка показателей центральной гемодинамики, в выделенных группах. Выявлено повышение степени коморбидности артериальной гипертензии и патологии гепатобилиарной системы у лиц, принадлежащих к утреннему хронотипу («жаворонков») по сравнению с больными с вечерним хронотипом (табл. 1).
Анализ психофизиологических показател ей в выделенных группах выявил более высокий уровень психоэмоционального стресса у лиц, принадлежащих к утреннему типу («жаворонков») (табл. 2).
Повышение психоэмоционального стресса у «жаворонков» проявлялось повышением интегрального психофизиологического показателя психоэмоционального напряжения и увеличением степеней выраженности негативных эмоций (уровней тревоги, страха, психического дискомфорта, агрессивности). Рост психоэмоционального напряжения у пациентов утреннего хронотипа сопровождался также нарушением ряда психофизиологических функций: снижением сенсомоторной реактивности, усилением процессов торможения в центральной нервной системе, снижением продуктивности внимания, уменьшением функциональных возможностей, преимущественно, правого полушария головного мозга по переработке информации (табл. 2).
Таблица 1
Степени коморбидности по артериальной гипертензии и патологии гепатобилиарной системы у жителей Севера утреннего и вечернего хронотипа
Показатели |
Хронотип |
Достоверность (р) |
|
Утренний («жаворонки») (n=50) |
Вечерний («совы») (n=45) |
||
Возраст |
45,82±1,34 |
45,61±3,02 |
|
Степень коморбидности по АГ, балл |
3,44±0,07 |
3,19±0,05 |
<0,05 |
Систолическое АД, мм рт.ст. |
159,40±3,16 |
155,25±2,97 |
|
Диастолическое АД, мм рт.ст. |
102,33±2,12 |
95,00±1,68 |
<0,05 |
Степень коморбидности по патологии гепатобилиарной системы, балл |
1,96±0,09 |
1,51±0,13 |
<0,01 |
Степень общей коморбидности, балл |
22,46±1,62 |
20,87±1,41 |
Таблица 2
Психофизиологические показатели у жителей Севера – больных артериальной гипертензией, сочетанной с патологией гепатобилиарной системы, утреннего и вечернего хронотипа
Показатели |
Хронотип |
Достоверность (р) |
|
Утренний («жаворонки») (n=50) |
Вечерний («совы») (n=45) |
||
Психоэмоциональное напряжение, у.е. |
13,33±1,83 |
8,93±1,03 |
<0,05 |
Латентный период ПСМР пр.р., мс |
231,40±5,30 |
212,00±5,50 |
<0,05 |
Латентный период ПСМР лев.р., мс |
229,66±5,90 |
203,75±5,42 |
<0,01 |
Заторможенность нервных процессов, у.е. |
1,54±0,02 |
1,26±0,02 |
<0,001 |
Корректурная проба, балл |
8,63±0,44 |
10,29±0,47 |
<0,05 |
Уровень тревоги, балл |
0,26±0,07 |
0,06±0,04 |
<0,05 |
Уровень страха, балл |
1,4±0,02 |
0,82±0,02 |
<0,001 |
Уровень психического дискомфорта, балл |
1,00±0,02 |
0,55±0,01 |
<0,001 |
Уровень агрессивности, балл |
1,40±0,02 |
0,25±0,01 |
<0,001 |
Известно, что психоэмоциональный стресс часто сопровождается нарушениями ритмов сна и бодрствования. Предыдущие исследования [5] показали, что десинхроноз является характерным составляющим элементом северного стресса. Учитывая важную роль десинхронозов в развитии заболеваний, представлялось важным исследовать интегральные показатели, характеризующие выраженность хронобиологических нарушений (десинхронозов), у обследованных лиц, принадлежащих к утреннему и вечернему хронотипу. Анализ биоритмологических характеристик в выделенных группах показал, что у лиц, принадлежащих к утреннему хронотипу («жаворонков») отмечается более высокая степень десинхроноза, чем у лиц, принадлежащих к вечернему хронотипу («сов») (табл. 3).
У лиц вечернего хронотипа отмечается более благоприятный в отношении адаптации к изменениям природных факторов биортимологический профиль с более высоким показателем синхронизации эндогенных и экзогенных ритмов, низким показателем десинхроноза и показателем «внутреннего» времени, более приближенным к реальному времени.
Таблица 3
Биоритмологические и адаптивные показатели у жителей Севера – больных АГ, сочетанной с патологией гепатобилиарной системы, утреннего и вечернего хронотипа
Показатели |
Хронотип |
Достоверность (р) |
|
Утренний («жаворонки») (n=50) |
Вечерний («совы») (n=45) |
||
Индивидуальная минута, с |
39,96±2,46 |
45,6±3,0 |
|
Синхронизация э/э ритмов, балл |
3,92±0,53 |
5,46±0,56 |
<0,05 |
Степень десинхроноза, балл |
6,08±0,53 |
4,54±0,56 |
<0,05 |
Патологическая метеочувствительность, балл |
2,54±0,23 |
2,66±0,14 |
Одним из важных интегральных показателей снижения адаптационных возможностей организма и фактором, влияющим на развитие АГ на Севере, является патологическая метеочувствительность [7]. Взаимосвязь выраженности коморбидности с уровнем патологической метеочувствительности показана проведенным корреляционным анализом. Выявлены прямые статистически значимые взаимосвязи уровня патологической метеочувствительности со степенью выраженности коморбидности: с (r=0,29, p<0,05); со степенью выраженности АГ (r=0,32, p<0,05); со степенью выраженности патологии гепатобилиарной системы (r=0,19). Причем у «жаворонков» связь коморбидности с уровнем патологической метеочувствительности (r=0,41, p<0,05) была сильнее, чем у «сов» (r=0,15). У «жаворонков» также была сильнее связь патологической метеочувствительности с АГ (r=0,45, р<0,05) и патологией гепатобилиарной системы (r=0,29, р<0,05), чем у «сов» (r=0,11 и r=0,16, соответственно).
Обсуждение результатов: Наибольшая выраженность АГ, сочетанная с патологией гепатобилиарной системы на Севере выявлена у лиц с утренним хронотипом. Проведенный психофизиологический анализ указывает на то, что это может быть связано c более выраженным снижением адаптивной устойчивости организма к психоэмоциональному стрессу у больных жителей Севера с утренним хронотипом.
В литературе в большей части опубликованных исследований отмечено повышение числа эмоциональных нарушений, в том числе, агрессивности и депрессии, у лиц вечернего хронотипа [8]. Однако в этих работах отмечается связь эмоциональных нарушений не только с хронотипом, но и с недостаточным количеством и качеством сна. Появляются работы, в которых установлено, что повышение числа эмоциональных нарушений связано с нарушениями продолжительности и качества сна, а не с вечерним хронотипом [9]. В связи с этим, при оценке устойчивости к психоэмоциональному стрессу необходимо разделять влияние хронотипа и влияние нарушений продолжительности и качества сна.
Кроме того, представляется принципиально важным, что большая часть опубликованных исследований проводилась преимущественно на здоровых людях в средних и южных широтах. Учитывая особенности светового режима и других геофизических факторов на Севере, обосновано предположить наличие различий в уровне психоэмоционального стресса и выраженности негативных эмоциональных проявлений у северных и среднеширотных больных АГ с различным хронотипом.
В проведенном нами исследовании показано, что повышенный уровень психоэмоционального стресса у больных жителей Севера с утренним хронотипом сопровождается развитием десинхроноза. Десинхроноз приводит к нарушению своевременной подстройки деятельности органов и систем организма к изменяющимся условиям окружающей среды. Снижение адаптивной устойчивости организма человека к психоэмоциональному стрессу, связанное с десинхронозом, может быть важным фактором, способствующим прогрессированию коморбидности АГ и патологии гепато-билиарной системы на Севере. Полученные нами данные позволяют говорить о том, что лица с утренним хронотипом («жаворонки») более подвержены развитию АГ и патологии гепато-билиарной системы в связи с наличием у них психоэмоционального стресса и десинхроноза, чем лица с вечерним хронотипом («совы»).
Результаты исследований позволяют нам сделать предположение о том, что лица с вечерним хронотипом («совы») на Севере обладают большей адаптивной устойчивостью к экстремальным климато-метеорологическим факторам Севера, связанной с более высоким уровнем синхронизации эндогенных и экзогенных ритмов у этих лиц. В литературе имеются данные о повышении частоты выявления лиц с вечерним хронотипом среди жителей высоких широт [1]. Возможно, повышение частоты встречаемости лиц с вечерним хронотипом на Севере указывает на то, что в экстремальных условиях Севера в популяции накапливаются лица с более устойчивым адаптивным вечерним хронотипом. В пользу этого предположения говорят и полученные в отдельных исследованиях данные о повышении встречаемости вечернего хронотипа среди коренных жителей Севера в сравнении с пришлыми [3].
Возможно, естественный отбор при проживании в высоких широтах людей с вечерним хронотипом в условиях необычного фотопериодизма, характеризующегося недостатком дневного света в осенне-зимний период и отсутствием темного времени суток в летний период, становится причиной концентрации на Севере лиц с большей адаптивной устойчивостью к психоэмоциональному стрессу. Вместе с тем, становится более очевидной зависимость большей частоты формирования артериальной гипертензии, сочетанной с патологией гепато-билиарной системы, в условиях высоких широт у людей с утренним хронотипом с меньшей устойчивостью к десинхронозам.. При этом важно обеспечение формирования природного физиологического ритма сна и отдыха, что требует дополнительных социальных мероприятий по внутрисуточной организации труда на Севере. Выявленные особенности устойчивости человека на Севере к экологически обусловленному стрессу в зависимости от хронофенотипа требуют проведения дальнейших исследований, раскрывающих функционирование адаптивных механизмов у людей с утренним и вечерним хронотипами в различные сезоны года, в утреннюю или вечерние смены, а также определяющих в этих условиях частоту появления артериальной гипертензии у отличающихся хронотипами работников.
Заключение. Принадлежность к вечернему хронотипу при артериальной гипертензии, сочетанной с патологией гепатобилиарной системы, на Севере может явиться фактором, обеспечивающим более высокую адаптивную устойчивость к психоэмоциональному стрессу, десинхронозу и прогрессированию патологии.
Библиографическая ссылка
Севостьянова Е.В., Хаснулин В.И., Войтик И.М. УСТОЙЧИВОСТЬ К ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНОМУ СТРЕССУ У ЛИЦ РАЗНЫХ ХРОНОТИПОВ ПРИ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТЕНЗИИ, СОЧЕТАННОЙ С ПАТОЛОГИЕЙ ГЕПАТОБИЛИАРНОЙ СИСТЕМЫ НА СЕВЕРЕ // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. – 2014. – № 7. – С. 117-121;URL: https://applied-research.ru/ru/article/view?id=5404 (дата обращения: 17.08.2024).