Опережающее развитие стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) в сравнении с общемировыми показателями заставляет по-новому взглянуть на роль Дальнего Востока в политических, экономических, социальных процессах в стране, определяя его развитие в качестве важнейшего приоритета региональной политики РФ. Стратегической целью мегарегиона является реализация геополитической задачи закрепления населения на Дальнем Востоке за счет формирования развитой экономики и комфортной среды обитания человека в субъектах Российской Федерации, расположенных на этой территории, а также достижения среднероссийского уровня социально-экономического развития [5]. Это требует разработки эффективных институтов повышения региональной конкурентоспособности субъектов ДВФО, способствующих реализации заявленной цели.
Содержание региональной политики находит свое отражение в различных теоретических концепциях: поляризованного развития, региональной конкуренции, т кумулятивной причинности, экономического роста, теориях федерализма и т.п. Каждая теория вкладывает в понятие конкуренции свой смысл, поэтому в методологическом плане продолжительность и широта дискуссии о региональной конкуренции объясняется как существованием различных точек зрения на природу последней, так и несовпадением теоретического представления региональной конкуренции с общественной практикой.
В практическом плане региональная конкуренция находится на пересечении, с одной стороны, политики федерального центра в отношении регионов, с другой – политики региональных органов власти. Взаимодействие федеральных и региональных органов власти приводит к возникновению широкого круга специфических эффектов, совокупность которых характеризует результативность современной региональной политики.
На сегодняшний день в сфере региональной конкуренции можно наблюдать две разнонаправленные тенденции. С одной стороны, складываются реальные процессы конкуренции между регионами за ресурсы. С другой - целевая направленность региональной политики федерального центра состоит в обеспечении, на основе принципа «справедливости» в конкуренции субъектов Федерации, устойчивости и динамичности развития страны в целом, Последнее часто становится предметом критики федеральной региональной политики в подавлении региональных инициатив и демотивации региональных органов власти. Так, С.В. Паникарова отмечает, что формирование региональной конкуренции сдерживается сложившейся территориальной структурой, отражающей волевые решения, принимавшиеся более полувека назад, зависимостью бюджетной системы от платежей топливно-энергетического комплекса, назначением глав регионов, исходным уровнем социально-экономической дифференциации и отсутствием реального федерализма [4].
По мнению Алексеева О., Щедровицкого П., Шеймана Д., рыночные отношения в их чистом виде способны только порождать и углублять региональные проблемы, а потому региональная политика должна быть компенсирующего характера [1]. При этом, «компенсирующая региональная политика не должна превращаться в политику тотального выравнивания, отбивающую у территорий-лидеров стимул к развитию и, одновременно, создающую иллюзию спокойствия у отстающих» [1].
По мнению авторов данной статьи, идущая в научных и общественно-политических сообществах дискуссия о конкуренции регионов отражает проблему отсутствия продуманной государственной стратегии регионального развития. Отсюда вполне логичными выглядят «независимые рейтинги конкурентоспособности» субъектов Федерации и заявления об их конкурентных преимуществах. С этой точки зрения «смена концепций» и переход от политики «выравнивания социально-экономического развития регионов» к политике формирования «полюсов роста» («центров развития» и т.п.) просто смена названий, за которыми фактически реализуется одна и та же политика региональной сегрегации.
В данном контексте конкуренция между российскими регионами как фактор их динамичного развития, приобретает самостоятельное значение в сферах их взаимодействия между собой внутри федеральных округов, а также в части их борьбы за ресурсы федерального центра. Как следствие, возникают процессы территориальной локализации проектов на основе использования специфических организационно-структурных подходов по управлению региональным развитием. В настоящее время принято считать, что наиболее эффективными являются инструменты кластерной политики, обеспечивающей дополнительные и мультипликативные эффекты, минимизацию транзакционных издержек, пониженный уровень рисков, и применения механизмов государственно-частного партнерства, снижающих риски и гарантирующие дополнительные формы поддержки и стимулирования. Данная проблема особенно актуальна для дальневосточных регионов, объединенных по административно-территориальному делению в Дальневосточный федеральный округ.
Кроме важного геополитического значения Дальний Восток занимает более 36 % территории России, в тоже время его население составляет чуть более 4 % от населения страны, производимый ВРП – около 5 % от общероссийского. Регион богат практически всеми видами природных ресурсов (минерально-сырьевыми, лесными, биологическими). Большинство дальневосточных регионов имеют выход к морю и развивают внешнеэкономические контакты с Китаем, Японией, Южной и Северной Кореями. При этом удаленность данного мегарегиона, низкий уровень развития транспортной и энергетической инфраструктуры в значительной степени тормозят процессы его интеграции в национальную экономику и дальнейшего социально-экономического развития. Общая характеристика регионов Дальнего Востока представлена в табл. 1.
Анализ Стратегий социально-экономического развития субъектов Федерации Дальневосточного федерального округа до 2025 г. позволяет выделить следующие риски и угрозы:
– ограниченная коммуникационная доступность региона сокращает масштаб межрегиональной и международной торговли, возможности перемещения людей и ресурсов, повышает стоимость сырья и комплектующих в любых воспроизводственных цепочках и пр.;
– особенности геологического строения региона и климатических условий практически исключают возможность создания надежного транспортного обеспечения большинства территорий, ограничивают возможность применения целого ряда технологий и оборудования, сильно удорожают любое строительство;
– проблемы создания конкурентоспособных социальных условий ограничивают возможности привлечения специалистов и повышения эффективности деятельности в различных сферах;
– высокая стоимость проектов снижает круг экономически оправданных видов деятельности и возможностей привлекать инвесторов.
В целях преодоления перечисленных рисков и угроз регионы Дальнего Востока идут по пути формирования кластеров (морехозяйственного, горнодобывающего и туристско-рекреационного) с одновременным совершенствованием транспортной и энергетической систем и формированием городских агломераций. Как следствие, между субъектами ДВФО возникает конкуренция за квалифицированную рабочую силу как основного фактора экономического роста; внутренние и иностранные инвестиции в развитие приоритетных кластеров (инвестиционных площадок); федеральные ресурсы в развитие транспортной, энергетической и социальной инфраструктуры. Так, например, конкурентами Камчатского края по реализации кластерных инициатив являются остальные субъекты Дальневосточного региона (табл. 2).
Одновременно с этим субъекты ДВФО участвуют в реализации федеральных целевых программ (табл. 3), что создает предпосылки для перехода от конкуренции за ресурсы к сотрудничеству на основе согласования интересов, интеграции потенциалов и выстраивания общей стратегии. Кроме того, основой развития межрегионального сотрудничества на Дальнем Востоке единство и богатство природоресурсной базы, исторически сложившиеся отраслевая структура хозяйства, межрегиональные и международные связи и рынки сбыта продукции дальневосточных регионов, а также особенности геоэкономического положения регионов Дальневосточного федерального округа в приграничной зоне с крупнейшим мировым рынком сырья Азиатско-Тихоокеанского региона.
При этом, по мнению авторов, ключевыми принципами формирования эффективного межрегионального взаимодействия можно считать комплексность и сбалансированность взаимодействия государства, бизнеса и гражданского общества, динамичность развития частно-государственного партнерства, согласованность интересов регионов между собой и с интересами Федерации в целом.
Как показывает практика, формирование механизма межрегионального сотрудничества требует соответствующего институционального и методического обеспечения, которое должно найти отражение в специальных разделах федеральных и региональных программ социально-экономического развития или в целевых программах развития межрегионального взаимодействия. Оценку эффективности механизма межрегионального сотрудничества необходимо проводить, опираясь на результативность долгосрочных программ социально-экономического развития.
Таблица 1
Сравнительная характеристика основных социально-экономических показателей регионов Дальнего Востока за 2012 г. [6]
Показатели |
Камчатский край |
Приморский край |
Хабаровский край |
Амурская область |
Магаданская область |
Сахалинская область |
Еврейская автономная область |
Чукотский автономный округ |
Республика Саха (Якутия) |
Доля региона в суммарном ВРП, % |
4,7 |
20,9 |
15,9 |
9,1 |
2,9 |
23,5 |
1,5 |
1,6 |
19,8 |
Уровень дотационности, % [7] |
55,7 |
7,0 |
5,0 |
6,0 |
30,1 |
0,0 |
23,7 |
2,1 |
32,0 |
Доля инвестиций в ВРП, % |
22,1 |
30,6 |
37,8 |
41,6 |
30,4 |
24,9 |
51,3 |
37,1 |
32,5 |
Доля численности населения региона в ДВФО, % |
5,1 |
31,1 |
21,5 |
13,1 |
2,4 |
7,9 |
2,8 |
0,8 |
15,3 |
Доля занятого населения с высшим и средним специальным образованием, %) |
56,2 |
53,8 |
56,1 |
57 |
48,6 |
48,8 |
41,4 |
52,6 |
52,7 |
Плотность населения, чел/км2 |
0,69 |
11,8 |
1,70 |
2,26 |
0,33 |
5,67 |
4,77 |
0,07 |
0,31 |
Сальдо миграции, человек |
-58 |
-1104 |
-531 |
-4323 |
-2106 |
-1516 |
-1548 |
-336 |
-8359 |
Соотношение заработной платы с величиной прожиточного минимума трудоспособного населения, раз |
3,1 |
3,2 |
3,1 |
3,0 |
4,3 |
4,2 |
2,8 |
4,9 |
3,4 |
1) участие в ассоциациях экономического взаимодействия субъектов Российской Федерации (совместное финансирование деятельности ассоциаций, утверждение решений собраний учредителей и мер по их реализации). Так, например, в настоящее время действует межпарламентская ассоциация «Дальний Восток и Забайкалье»;
2) участие в реализации федеральных целевых программ социально-экономического развития;
3) разработка и координация реализации региональных целевых программ и стратегий социально-экономического развития, в т.ч. инвестиционных программ [2].
В качестве примера формирования института интегративных связей между субъектами Российской Федерации, можно привести создание ОАО «Корпорация развития Камчатского края», учрежденное распоряжением Правительства Камчатского края от 29.01.2013 № 26-РП, которое должно способствовать укреплению и развитию межрегиональных и международных связей Камчатского края. За 2013 г. Корпорацией установлены рабочие контакты для обмена опытом с аналогичными региональными Корпорациями развития Московской, Белгородской, Липецкой, Калужской областями [3].
Анализ законодательства и практики межрегионального сотрудничества субъектов Дальнего Востока позволяет выделить следующие основные формы взаимодействия регионов в социально-экономической сфере, сложившихся к настоящему времени:
Таблица 2
Основные конкуренты Камчатского края
Приоритет развития |
Основные направления |
Регионы-конкуренты |
Туристический кластер |
Элитный сегмент туризма (экотуризм, вулканический туризм) |
Еврейская автономная область (спелеотуризм, горнолыжный туризм) |
Лечебно-оздоровительный туризм (Партуанская курортная зона) |
Сахалинская область (бальнеологические ресурсы) |
|
Привлечение иностранных туристов из АТР (США, Японии, Китая, Австралии) |
Амурская (КНР), Сахалинская область, Еврейская АО (КНР) |
|
Горнодобывающий кластер |
Добыча полезных ископаемых: золото |
Магаданская область, Чукотский АО, Приморский край |
уголь бурый |
Магаданская область, Сахалинская область |
|
уголь каменный |
Еврейская АО, Чукотский АО |
|
цветные металлы |
Магаданская область, Приморский край, Чукотский АО |
|
нефть и газ |
Сахалинская область, Республика Саха |
|
Геологоразведочные работы |
Чукотский АО, Сахалинская область |
|
Морехозяйственный кластер |
Развитие и модернизация портов и портовой инфраструктуры |
Хабаровский край, Сахалинская область, Приморский край, Чукотский АО |
Судоремонтный комплекс |
Хабаровский край, Приморский край |
|
Модернизация флота, обеспечивающая круглогодичную навигацию на акваториях с суровыми климатическими условиями и Северный завоз |
Республика Саха (суда смешанного «река-море» плавания) |
|
Интенсификация международного сотрудничества |
Приморский край |
|
Экспортные и транзитные операции |
Приморский край |
|
Рыбохозяйственный кластер |
Лососевые рыбоводные заводы |
Магаданская область, Еврейская АО |
Развитие марикультуры |
Сахалинская область, Хабаровский край |
|
Модернизация рыболовного флота |
Магаданская область, Приморский край |
|
Инновационные технологии переработки рыбы |
Магаданская область, Приморский край, Сахалинская область |
|
Диверсификация рынков, ориентация на международный рынок |
Приморский край |
|
Транспортно-логистический кластер |
Транспортно-логистический узел, транзитный потенциал |
Магаданская область, Амурская область, Хабаровский край, Еврейская АО, Республика Саха, Чукотский АО |
Интеграция в транспортно-логистическую систему АТР |
Хабаровский край, Приморский край, Еврейская АО |
|
Развитие малой (региональной) авиации |
Магаданская область, Сахалинская область, Чукотскй АО, Республика Саха |
|
Развитие амфибийной транспортной системы |
Нет конкурентов |
|
Стабилизация численности населения и трудовых ресурсов |
Формирование агломерации как центра международных отношений со странами АТР |
Приморский край (Владивостокская) |
Улучшение качества социальной среды |
Магаданская область, Амурская область |
|
Реализация миграционных программ |
Хабаровский край, Приморский край, Еврейская АО |
|
Закрепление молодых специалистов |
Хабаровский край, Сахалинская область, Еврейская АО |
Таблица 3
Стратегические документы, создающие предпосылки для перехода к межрегиональному сотрудничеству
Название |
|
Общестратегические |
Прогноз долгосрочного социально-экономического развития России до 2030 г (разработан Минэкономразвития РФ) |
Стратегия социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2025 года (Распоряжение Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2009 г. №2094-р) |
|
Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2018 г. (Постановление Правительства РФ от 15 апреля 1996 г. №480) |
|
Стратегия инновационного развития РФ на период до 2020 г (Распоряжение Правительства РФ от 8 декабря 2011 г. №2227-р) |
|
Отраслевые |
Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности (Распоряжение Правительства РФ от 29 августа 2013 г. №1535-р) |
Стратегия развития геологической отрасли до 2030 г. (Распоряжение Правительства Российской Федерации от 21 июня 2010 г. №1039-р) |
|
Энергетическая стратегия России на период до 2020 г. (Распоряжение Правительства РФ от 28 августа 2003 г. №1234-р) |
|
Стратегия развития пищевой и перерабатывающей промышленности Российской Федерации на период до 2020 года (Распоряжение Правительства РФ от 17 апреля 2012 г. №559-р) |
|
Стратегия развития рыбохозяйственного комплекса Российской Федерации на период до 2020 г. (Приказ Федерального агентства по рыболовству от 30 марта 2009 г. №246) |
|
Стратегии развития туризма в Российской Федерации на период до 2015 года (Приказ Федерального агентства по туризму от 06 мая 2008 г. №51) |
Объектом межрегионального сотрудничества на Дальнем Востоке являются процессы формирования и развития рыбохозяйственного, горнодобывающего, туристического и транспортно-логистического кластеров, заявленных в стратегических документах регионов Дальнего Востока. При этом каждый кластер требует поиска своей институциональной формы межрегионального взаимодействия и ее социально-экономического обоснования, что позволит обеспечить динамичное и устойчивое развитие кластеров. В связи с этим, на взгляд авторов данной статьи, существует необходимость выстраивания направлений развития кластеров не только в конкретных регионах, но и в общем контексте развития Дальнего Востока, учитывая преимущества и недостатки каждого региона.
Так, например, развитие туристических кластеров дальневосточных регионов ориентировано на формирование элитного (экологического, вулканического, спелеологического, горнолыжного) и лечебно-оздоровительного секторов туризма с привлечением туристов из стран АТР. На наш взгляд, межрегиональное сотрудничество на основе сетевого взаимодействия и общих преференций по синхронизации развития этих секторов позволит повысить эффективность функционирования туристического кластеров в Дальневосточном регионе.
Таким образом, в контексте формирования института межрегионального сотрудничества при реализации кластерных проектов позволит решить весьма актуальные задачи в части роста объемов промышленного производства и развитие отраслей перерабатывающей промышленности, создания новых и расширения действующих предприятий, повышения темпов роста ВРП, сокращение числа дотационных регионов, существенного укрепления экспортного потенциала субъектов ДВФО.
Развитие института межрегионального сотрудничества возможно лишь путем гармоничного сочетания, федеральной и региональной социально-экономической политики, а также согласования стратегий развития субъектов ДВФО между собой.
Это требует, во-первых, совершенствования системы финансирования путем изменения порядка распределения доходов между субъектами Федерации и центром, которые в настоящее время не позволяют сырьевым регионам Дальнего Востока в сколько-нибудь значительных размерах использовать текущие доходы для формирования финансовых источников долговременного экономического роста; во-вторых, системной увязки региональных стратегий развития, инвестиционных программ и федеральных целевых программы с обязательной разработкой разделов по межрегиональному сотрудничеству в каждом стратегическом документе.
Исследование проводилось в рамках НИР Владивостокского государственного университета экономики и сервиса «Социально-экономические факторы и инновационные механизмы реализации политики динамичного развития Дальнего Востока» (гос. задание 2014/292).
Библиографическая ссылка
Шеломенцев А.Г., Шеломенцев А.Г., Терентьева Т.В., Козлова О.А., Козлова О.А., Макарова М.Н. МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО КАК ИНСТИТУТ РЕАЛИЗАЦИИ СТРАТЕГИЙ РАЗВИТИЯ РЕГИОНОВ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. – 2014. – № 11-3. – С. 417-422;URL: https://applied-research.ru/ru/article/view?id=6146 (дата обращения: 17.08.2024).